Лаванда

 

Девочкой я часто рылась в ящиках своей бабушки. Мне нравились аромат лаванды простынь и то, что я находила под этими. Она знала, что я была такая же любопытная как кошка, итак иногда она оставляла кое-что: браслетка из голубых камешков, белый платочек, на котором появлялась красная и алая буквица моего имени, тысяча лир, несколько мятных или молочных карамелек. Была определённая а неожиданная встреча. Раз был клад и раз только аромат. Но мне хватало только этого.

Растя, я её навещала все меньше и меньше и всегда на очень короткое время, и я бросила искать. А не только в её ящиках. Я выросла и сосредоточилась внимание на других предметах: на школе, признавающей мой ум, но у меня было мало прилежания; на незабываемых вечерах, которые нужно было забыть с друзьями; на модных одеждах, в которых я не узнавала себя (но они — модны, а значит ты не надеваешь?); на вечных любвях, продолжающахся несколько месяцев. Я так сосредоточилась внимание на этих, что я потерялась. Буквально, я потеряла себя.

Я блуждала, не зная, куда я шла. Пока я не бросила даже интересоваться доводом. Всё равно, зачем интересоваться? Наконец, я повторила, я так мало стоила. У меня не был никакого талента, не была никакой страсти. Я недалеко ушла бы, только бы я решила уйти куда-то. Итак я позволила, чтобы всё скользило по мне не оставляя след, не задевая меня, не расшевеливая ничего во мне или вне меня.

В душный день Августа моя бабушка скончалась.Я вернулась её домой со свежим воздухом даже вовремя этого летнего ада, как же я помнила. А когда все суетились на кухне, я не знала, что они делали, я подняла по лестнице и вошла в её комнату. Всё было совершенно чистное так же я оставляла, и тоже аромат был равный. Я села на кровати и огляделась. Была нереальная атмосфера, как тип стоп-кадра времени, когда всё было благоразумное, я же помнила в этот момент. А я стала снова девочкой и как же в детстве я открыла ящик. Мне хватило просто аромата лаванды простынь. Напротив, к моему большому удивледению, вставив руку под простынями, я пощупала что-то: белая, прекрасная линейная раковина, имеющая гладкую поверхность и ёщё отдавающая морем. И в ней была скатанная в шарик, написанная от руки записочка. Почерк был неустановившийся и простой. «Если в раковине можно находить море, подумай о тем, что можно скрываться в твоём сердце. Тебя обнимаю. Бабушка»Итак, среди слез, улыбки и того аромата лаванды я снова нашла себя. 

 

Back to Lavanda