La Cana [1]

 

Нищета меня не пугала. Может быть частично, но его нищета нет - . Дело в том, что я должен было просыпаться. Дни так же начинаются в множестве мест. Мне не нужно было убежать от ни от какого льва и не были газелей в окрестности. Я просто должен был довести мою частично сломанную Panda [2] до дома, у какого не были никаких отделок. Казалось, что хозяин тратит денги на авторалли. На машины, покрышки, спецовки и на другие вещи, о которых мне не хотелось ничего знать. Хозяин: у него была не очень загадочная улыбка, можно сказать была та засранецы один их тех, кто первый раз тебя видит хочет открыть своё сердце и свой бумажник, второй раз он требует и третий раз либо ты стал его рабом либо тебя ненавидит. Но эта — глупая ненависть, от которой мне можно спокойно зевать. Дело в том, что я не принял эту работу, ну я вам не объязняю всё, а в фирме я имел значение больше тапчки с дыырявым колесом и меньше этой со спущенным колесом.

Я уважал мастера с дня, когда он чистил свою жопу частью бумаги, отрванной от мешка цемента и запустил эту из балкона, пытаясь попасть в мальчика, который работал с нами, и его оскорбляя.  Какая же обворожительная сцена. Во всяком случае, я никогда не был достаточно бойкий. Я приезжал и уже чувствовал отвращение и работал отврашением и так всё делал. А тоже работа меня не пугала. В несколько моментов я был увереным, что я работал больше и лучше какого-нибудь другого засранецы, но болшую часть времени я был приведённым . Я не поставил перед собой цель.

Тем утром попытався доказывать румынскому механику, что свой автомобильный радиоприёмник был лучше чем его, мастер мне сказал, что надо показать мне что-нибудь. Я подумал, что он своровал вдоль реки медную проволоку больше чем обычную. Доведя работу до конца, я следил за ним до маленького гаража, в котором он обычно нагромождал весь тот благородный металл, чтобы лить и препродавать этот. И я ему потакал, будто он бы был мальчик потому, что он был блесящий и безнравственный как мальчик.

Там была привязанная и маленькая собака, которая лежала на земле. С виду, она была мертва. Я не мог понимать её отродье, но казалось, что что-то сбыло на её морду.

Когда мастер к неё приблизился, собака оживилась. А я размыслил, как ему можно было прокормить её и как ему можно было прокормит себя ввиду того, что глава выплатил только когда он вспомнил. Ну, в любом, с первого взгляда, казалось, что они быстро и легко подружились. Собаке было несколько месяцев и она была очень худа. А возраст хозяина не можно было понимать, особенно после того рака, о котором он говорил, что никогда не лечил.

На следующий день он начал поводить собачку на маленькую стройплощадку. Всё продолжало неспеша, мы должны были просто завершить лестицу, но мои ошибки, его рассказы и глупые вызовы создавали препрятствия. Время от времени, проидя мимо дома, я удивляюсь, что лестница никогда не попала. Собака, или «La Cana», была спокойной, иногда вызжала и иногда убегала и мы потеряли нужное время, чтобы её находить. И прм этом, время выговори и это ласк.

«Ну, сейчас я построю ей красивую подстилку, а тебе хочется мне помочь? [3]» Мы почти разбирали, поэтому начали воровать вещички со стройплощадки: незаконченные мешки цемента, несколько кирпичей. «Осторожно, не преувеличивай!» он сказал. Когда подстилка была закончена, он эту показал мне. Эта была закончена, как работе за собаку можно быть закончена. А там, собачка высовывала морду в дыру кирпичей, поклоняясь. И в самом деле, она ему поклонялась. И, в определенном смысле, тоже я ему поклонялся.

На стройплощадке мы выпустили контроль своих рук и тепер уже в гараже везли досточно вещей, чтобы построить другие десять подстилок. Я не мог понять, что он должен был делать всеми этими вещами. А я тем временем учился все меньше и меньше и мне хотелось делать меньше, чем что я должен был делать. Хозяин дома благородно мне сдал 5 чтобы купить в баре «кофе всем». Не знаю, что произошло. Я сел в машину с этими нищими 5 и никогда не возращался. Не помню позвонил ли я и предупредил. Я просто уехал. Я сделал летучим.

После примерно года я случайно прошёл мимо гаража мастера и увидел что-то огромное и снятое с петель. Подстилка стала невыразным архитектурым зданием, возможно была более пригодная в музее современного исксства и нет для собаки. Эшер построил бы эту подстилку его собаку.

Я встретился с мастером на следующий день. Он меня спросил, как были дела. И после обычное «нормально», он у меня спросил потому, что я так уехал и даже помнил ти 5€. Я  делал вид, что я не понимал и так я что-то делал на скорую руку, не очень точные извинение.  А потом из машину вышла «La cana». Она стала большой и не была больше щенок как я помнил. Она виляла хвостом мимо ног мастера. Он взял собачку на руки и поиграл как только грубому, грязному и живому без причины старику с ребяческими глазами можно было сделать. «А что мне можно делать. Она никогда не оставляет меня.» [4]

 

[1]    Это — созданное слово по итальянски, чтобы называть пёс женского рода. Это - созданный и ласкательный синоним слова «сука»

[2]    Имя машины фирмы FIAT

[3]    Это предложение — на сицилийском диалекте, не можно правильно переводить на русском.

[4]    Это предложение — на сицилийском диалекте, не можно правильно переводить на русском.

Back to La Cana