Через моё окно

 

Как во всякой весной половине дня, в тот точный момент, когда время отдыха становится время полдника, тогда окно откроется и вкруг меня мир снова приведётся в движение. Через такое окно, мне покажут полную возможностей вселенную. Возможности, которые недавно казались бесконечные для человечества. Среди разных возможностей, я решал заблудиться на интересной беседе с незнакомый человеком, отвечающим мягко на одном из моих разборов о очень распространенной новости на СМИ. От нити разговора мне можно плести нить анекдотов, абсурдностей и теорий загораноий, да, те, что колеблется между заговором и паранойей. А до куда меня будут доводить эти страдания? Никуда, они просто определяют какой предел моего воображения.

 

Я возвращался в мою комнату и снова глядел через окно. А сейчас волна абсурдной иронии, закрытой в сосуде, у которого этикетку не можно читать без абсурдной и смешной реакции, сбивает мои чувства. Этикетка - меньше важная вещь тут. То, что в сосуде — важнее. Это колеблется между банальным и учебным, моральным и извращённым. Через это окно очень просто заблудиться, так то, что прежде было ироническим, сейчас стало самая большая пьеса. Другой случай взяточничества, другая причина для того, чтобы не лелеять надежду на человечестве.

 

Так я понял, что почти два часа пролетел и моему телу нужно что-то меньше асептическое и больше человеческое. Поэтому, я закрывал пустое окно, предлагающее так много а так мало для того, чтобы понимать. Всё в своей точной мере.

 

Я поднимался и прошёл пятнадцать шагов из моей комнаты до балкона и снова я открыл окно. Когда я сидел в балконе, воздух смешивался с ароматом цветков померанца, кофе и турецкой пищи. Шёпот, сходящий по улице Родригец Мартин  и поднимающийся по площади Сокорро, сидел, создавая мелодию голосов и металлических шумов и жизни.

 

Я закурил сигаретку и пустил эту таять, когда тоже свет дня Кордовы таял, и другое освещение приходил. Освещение не выработанне никакой электропроводкой а пьяными беседами с ароматом пива, абсурдности и размышления о жизни и смерти. Среди этого игры светов, есть один светлее других.  Голос у меня спросил сходить из моего привилегированного положения и соединяться с теми светами, освещающими город.


Я закрыл моё окно, взял мою байку и сходил по лестницу в этот освещенный мир, посвящен сейчас моими пятью чувствами, которые перевели этот на что-то более человеческое и явнее.