Жжет Лиза

Если бы не сигареты, мы были бы родственные души. Я справа и она слева, всегда. Я люблю молчить когда курю, а она говорит. И она говорила и шептала, а я её слушал вперед этой зрелищем. Она любила встретить случаи грудью и держать голову прямо к миру, а я был всегда немного за ней, чтобы её подобрать когда её доспехи выпали. Тем жарком безопасно они будут растаять, плавиться пламенем.

На самом деле, она не очень думала. Ничего она замышляла, всё произошло естественно. Череда событий, которая нас принесли сюда.

Нет ничего более неприятное, чем проснуться рано утром и прийти заранее на единственную лекцию в тот день и открыться, что кто-нибудь садится в твоем месте. Места в аудитории не заданны, конечно, но после 4 года все знают где можно сесть и где нельзя. Это лишь вопрос привычки и уважения. Ей можно зверствовать из-за всего этого, я знаю а они нет.  Так этим утром все чередовало так на наклонную плоскость.

Кроме того, обе вступили в рискованные предприятия, одна подняла руку, чтобы ответить профессору, с котором она хочет нацелиться на дипломную работу а другой пил кофе её любимого торгового автомата и остановился перед ним не давая ей пить свое кофе. Достаточно сказать им подвигнуться, но всё было ясный знак. Они хотели отомстить за ошибочное расписание, которое она им сдала. Однако, им можно ей простить. Напротив нет. Выйдя из аудитории, он толкнул её компьютером. Неосторожно, я сказал. Но теперь уже, она была жесткая и без прощения. Они действительно не хотели понять, а я её понимал.

После лекций всегда люди остаются, кто курит, кто болтает, кто обе делает и это мне мешает. Если ты куришь, не говоришь. Нельзя говорить и вместо курить потому, что сигарета догорит говоря и не уважать табак или говорить как наркоманка. Нам удалось ссориться на часы из-за этого вопроса. В тот день, она не говорила а слушала. Она курила свою сигарету и сказала: «Сегодня мы заняты». На самом деле, это было обычно, после лекций она всегда говорила эти слова. Потом, она сказала увидеться под моим домом. А это было необычно.

В 15 часов никого не было на улице. Я вышёл и увидел её c канистрой, я приближал и почуял запах. Я её понимаю, как она — часть меня, а мне можно успокоить её боль только её исполнить. Мы сели на машине и она меня довела до мало посещаемого вместо для стоянки. Там была другая машина, та, которая я ждал находиться. Она открыла багажник, взяла зажигалку и удалилась. Потом она смотрела и я за ней.

Back to Arde Lisa